Прикрыв рукавом лицо, бедная мать сидела, давясь слезами, не смея плакать в голос. И тут она услыхала:

– Ты, что ли, тень свою продаешь?

Подняв глаза, Катя увидела немыслимого по тому времени франта. Одежда у него была из ткани, которой Катя никогда не видела. Цвет одежды был черный, но натуральная кожа испускала какую‑то непонятную искорку. На голове был цилиндр, а в руке – трость в виде змеи. Голову змеи украшали абсолютно живые глаза. Во всяком случае, Кате в тот момент так показалось.

Человек наклонился к ней, и опять ей показалось, что тело человека не имеет позвоночника, так невероятно оно изогнулось. Лицо щеголеватого франта было столь близко от нее, что, если бы не стена, о которую она опиралась, она бы откинула голову назад. Но такой возможности у нее не было, и они смотрели друг другу в глаза. Глядя ему в лицо, она видела все то, что происходит вокруг.

Было такое чувство, что абсолютно никто не видит ее собеседника, кроме нее самой, хотя внешность этого человека просто не могла не привлекать взглядов. А между тем прохожие не обращали на них внимания.

– Я спрашиваю, это ты продаешь свою тень? – чуть повысил голос незнакомец.

– Я, – в ответ пролепетала Катерина.

– И сколько же ты за нее хочешь? – снова спросил странный человек.

Катя собралась с силами и твердо сказала, как ее учила моя прабабка:

– Я хочу, чтобы за это не умерли мои дети.

– Принято! – коротко сказал незнакомец, и, перед тем как ему исчезнуть, Катя с ужасом заметила, как несколько раз сузились и расширились его зрачки. Последнее, что она увидела, – это его пальцы с невероятно длинными ногтями.

Человек в странной одежде исчез. На какой‑то миг Катю пронзила сильная боль, как будто из нее вынули душу, а потом боль оставила ее тело, но в сердце появилось странное томление, какое возникает перед ожиданием новой, еще неизвестной беды.