Рассказ Татьяны Васильевны Зуевой

«…Узнав адрес матушки Евдокии, я стала собираться. Мне очень хотелось что-нибудь подарить ей на память обо мне. Я перебрала все свои вещи, но ничего подходящего не нашла. От моей мамы оставались новая перина и подушка. Перину, понятное дело, далеко не увезешь, а вот подушку я взяла. Завязала ее в платок, еду и радуюсь. Евдокия будет довольна, думала, ведь тогда ничего не было, все с трудом доставалось.

Когда я пришла к Евдокии, она мне сказала:

— Подушку я твою не возьму, в ней золото лежит, этим золотом ты впоследствии сына своего откупишь от тюрьмы напрасной. На свечки деньги оставь, а больше ничего не надо. Свечки все равно нужно на твои деньги покупать.

Я оставила ей три рубля и ушла. Евдокия все сделала, о чем я ее просила. А просила я за мужа, чтобы он вернулся ко мне и к моим детям. С мужем мы помирились, и больше я за ним плохого не замечала.

Да, подушку-то я дома распорола и нашла среди пуха кольцо и золотой крест. Не знаю, как они туда попали, видно, мать моего отца спрятала их туда. У моей-то матери не было золота. Этим золотом я и вправду откупила впоследствии сына от большой беды».

Рассказ Прасковьи Андреевны Тарасовой

«…Привела меня к матушке Евдокии моя мать. Добирались мы до знахарки долго. Ехали лошадьми, потом паровозом, потом пехом шли, а затем опять ехали. В ту зиму такая стужа была, дыхание замерзало. Когда мы вошли к ней в дом, там было как в раю: жарко топилась печь, кругом иконы блестели, у икон горели огни лампадок.

Матушка Евдокия напоила нас чаем с травами, и меня уложили спать. Засыпая, я слышала, как плакала мама, рассказывая матушке, что у нее туберкулез и легкие в распаде.

Прожили мы полмесяца на квартире у матушкиной соседки. Каждый день мама ходила к Евдокии, и я с ней тоже. Наблюдая со стороны за состоянием мамы, я видела, как она поправляется на глазах. Евдокия варила ей пахучие травы и корни, отчитывала ее на иконах, что-то еще делала. Наливаясь здоровьем, мама моя боготворила ее. Все норовила руки поцеловать, а Евдокия не позволяла.