– Приехала я к вам, чтобы сказать: – Я отрекаюсь от данного слова. Мир большой, пусть люди ищут другого мастера, слава Богу знающих пока много! Хотите браните меня, хотите просто примите мои слова. Но только я уже так издергалась, что не могу ни есть, не спать от мыслей про ту напраслину, в который обвиняют меня. Дело в том, что ко мне обратились с вопросами проверяющие, из разных мест. И у всех у них в руках письма с наветом и кляузы. Письма я эти читала, все они написаны единой рукой. И даже текст один в один, во всех письмах. В жалобе говорится, что я дурю людей, что от моей работы только хуже. Требуют меня наказать, пишут ложь и всякую гадость. В некоторых письмах нет подписи, в некоторых есть и фамилии и имена, но все они написаны одним и тем же человеком, так как в одном из них, есть адрес, имя и фамилия. Я клянусь вам, всем что есть святым, что никогда не делала людям плохо. Всегда чем только могла, помогала и мне не понятно, зачем и за что мне такой позор. Хочу отречься от поклажи, которую при уходе из жизни, возложила на меня моя бабка, а я приняла. Но так как вы меня на это благословляли, я посчитала нужным вам об этом сказать.

За все годы, проведённые рядом с бабушкой, я в первые слышала о том, что родовитый мастер, отрекается от дела, всего своего рода! Во все глаза, я глядела на бабушку, предполагая, что сейчас, Мария получит разнос, но этого не случилось. Голосом и тоном, которого я никогда прежде не слыхала, она заговорила. И только лишь от этого звучания, в котором была такая сильная боль, мне вдруг непреодолимо захотелось плакать. Ещё не услышав и не поняв смысла сказанного бабушкой, лишь только от муки в голосе её, я вся буквально, покрылась мурашками, ощущая всей кожей какую-то незримую, ужасную беду.

– Ты Маруся, сейчас сказала страшные слова. Твои бабки и прабабки наверное рыдают. Это же ты, сию минуту, обидела и предала их всех, от корня и до корня. Ты, как никто обязана знать, что в этом мире всё только в руках у Господа Бога. И если кому-то  не помогло, то значит Он так решил. Или же, Господь дал ей болезнь в искупление. Миллионы людей в церквях молятся Богу, прося себе выздоровление, но ведь кому-то дано исцеление, а кому-то нет! Та, что пишет на тебя донос, и за который тебе учиняют проверки, должна бы не кляузы строчить, а ужаснуться. Просить прощения у Бога за то, что кто-то так в её роду нагрешил, что даже Милостливый Бог не принимает молитвы! Или шла бы писала доносы на Матерь – Церковь, за то что она платила ей за здравие и за молитвенные службы, а Церковь ей не помогла. Это же несусветная глупость и злоба. И потом, послушай меня дорогая внимательно: – Дьявол ведь  всегда ненавидил молитвенников и нагоняет на них своих слуг. Ищет среди людей маловерных и по характеру злобных, и делает всё так, чтобы ваши будни пересеклись. Доносчики и кляузники, это орудие в руках лукавого.