Порчи
Заживо отпетая жертва

Из письма: Дорогая Наталья Ивановна, здравствуйте! Сегодня исполняется дата смерти моей сестры, которая работая судьёй, приговорила по тяжкому обвинению одного человека к смерти. Это было ещё до моратория на применение смертной казни. Случай этот, оставил неизгладимый след в моей жизни, и в моей душе, и о нём я хочу вам рассказать.
Моя мама умерла давно, при родах, рожая меня. Воспитывала меня моя сестрёнка Светлана, о которой и пойдёт речь в моём письме. Моя сестра заменила мне родителей. Всё что я имею и умею, всем я обязана своей сестре. Она не только меня вырастила и выучила, она всегда любила меня как собственную дочь и даже не вышла замуж, ради моего покоя и счастья. Всё о чём я расскажу, случилось очень давно, я уже нынче пенсионерка. Но в памяти моей всё сохранилось чётко и ясно, как будто это было только вчера. Как то раз, уже поздно вечером, к нам позвонила в дверь старая женщина. Сестра открыла ей дверь и я услышала весь их разговор. Женщина плакала и умоляла мою сестру, не приговаривать её сына к расстрелу, как я поняла, на следующий день над ним должен был состояться суд. Сперва Света выпроваживала незваную гостью, говоря ей, что если та не уйдет, то она должна будет вызвать милицию. Потом она уговаривала эту старуху уйти, говоря ей, что не имеет права общаться с ней накануне суда. Продолжалось это долго и в конце концов гостья ушла. А моя сестра пила валерьянку. Она сильно разнервничалась, и ходя по кухне выкрикивала вслух, что её решение не влияет на ход событий. Всё давно решено, ещё до суда и ей дали чёткое указание, свыше приговорить человека к расстрелу. Это я поняла из обрывок её фраз и я видела что ей было жалко ту женщину, мать растрельного человека.

Через пару дней после суда, к нам опять заявилась та же самая старая женщина. Она уже не плакала и не заламывала руки, она была как не живая мумия, одетая в чёрные одежды и в чёрный платок. Судя по всему она подкарауливала Свету на лестничной площадке, и когда та открывала дверь, влетела к нам в комнату толкнув её в спину. До сих пор, лицо моей сестры в тот момент, хранит моя память. Оно стало белое как бумага и она хватала воздух открытым ртом. Было видно, что Света, до ужаса боялась мать человека, которого она приговорила к смерти. Но женщина не тронула мою сестру, а тихим и хриплым голосом сказала:

- Я знаю, что мой сын не убивал тех людей. Он был не виновен и ты это тоже знаешь. В тебе я не нашла милосердия и ты теперь тоже не жди его от меня. Клянусь всем, что есть святого в том и в этом мире, ты не долго переживёшь моего сыночка. Твою душу, тело и дух твой, я заживо отпела и ты теперь уже на пути в иной мир. Я приду на кладбище, на твою могилу и плюну на неё, как и ты плюнула на мои мольбы. И будешь когда ты умирать, то меня ты вспомнишь, и даже на Божьем суде я тебя не прощу.