КЛАД 

Про этот случай старожилы деревни Мохнатый Лог долго помнили. Потом старое поколение ушло, и уже мало кто знал про этот странный таинственный клад. Предание, дошедшее до нас, гласит так. В деревне, о которой идет речь, имелась древняя церквушка. В ней даже не было попа — только лишь старый дьякон. Однажды мимо той деревни проезжал экипаж с боярином, и барину тому стало худо, вот потому и пришлось ему остановиться в селе. Остановился он в более-менее справном, добротном доме. Хозяином дома был лавочник по имени Демьян. Привыкший жить за счет торговли, он тут же прикинул выгоду от постоя богатого квартиранта. Три дня этот боярин пробыл в доме лавочника, а на четвертый день собрался помирать. 

Чувствуя приближение конца, он обратился к хозяину с просьбой позвать к нему священника, чтобы перед своей смертью покаяться и очиститься. Лавочник не стал говорить умирающему про то, что в их церквушке батюшки нет, а есть один лишь дьякон. И дьякон на зов лавочника пришел. Поняв, в чем дело, он начал исповедовать барина, а лавочник за дверью подслушивал. Боярин дьякону покаялся в грехах и вдруг говорит: — Я тебе, батюшка, укажу, где мною спрятан клад. Ты выкопай его и в откуп от моих грехов его раздай или пусти на богоугодное дело. Толику и себе за труды возьми, там очень много всего — и дорогих каменьев, и золотых десяток. А где найти этот клад, я тебе сейчас объясню... И на этом слове барин захрипел и закатил свои очи. Умер, значит. Исповедник перекрестился, закрыл глаза усопшему и пошел из дверей, а за дверью — лавочник. 

Дьякон сообщил ему о кончине гостя и отправился в приход. Но легко забыть об услышанном лавочник не мог. Он злился на покойника за то, что тот поспешил умереть, не сказав про место клада. А ведь там, если только верить усопшему, действительно богатый клад! Попереживав о такой неудаче, лавочник решил пойти к местной колдунье, чтобы она своими чарами вызвала дух мертвеца и тот бы сказал ему место клада. Старуха-колдунья уважила его просьбу и велела ночью прийти, дабы сделать нужный обряд на вызов покойника. Ровно в полночь бабка зажгла три свечи, перевернула на печи все чугунки, все сковородки и встала у дверки печи на колени. Лавочник слышал, как она вызывала в открытую дверку мертвеца, выкрикивая его имя 13 раз. Спустя недолгое время под бабкиным окном раздались шаги. Затем открылась дверь и вошел боярин. Одет он был так же, как в день приезда. Но выглядел синюшно-белым, а главное, у него были прикрыты глаза. Он будто бы стоя спал, но при этом не падал. Как и уговорились до этого лавочник с бабкой, он сам задал покойнику свой вопрос: — Где спрятан клад? И покойник ответил. 

Когда лавочник, рассчитавшись с колдуньей, решил уже уходить, старуха ему и говорит: — А ведь ты подслушал исповедь, и не тебе она предназначалась. Знать тайну исповеди — великий грех. Это ты здесь, под моим присмотром, легко отделался от наказания покойника, а там, когда ты будешь брать чужой клад, смотри, как бы тебе не поплатиться! Но лавочник почти ее не слушал, ему не терпелось вынуть клад из земли и на нем разбогатеть. Через пару дней он прибыл уже в то место, где покойный барин зарыл свой клад. И не сразу, но он нашел необходимое место. Дождавшись захода солнца, он принялся рыть яму. 

Когда он вырыл яму в сажень глубиной, то ударил заступом по крышке сундука. От радости и от волнения руки у него ходили ходуном. Стал он окапывать кругом сундука, чтобы его поднять на веревках. Копает, а сундук-то будто бы становится все длиннее и длиннее. Вот уже, кажется, выкопал — ан нет, еще следует подкопать. И так раз за разом. Глядит лавочник, а это и не сундук вовсе, а как бы гроб — такой же длинный и узкий. Уже мокрый весь, сил нет, а все копает. Наконец он поддел крышку лопатой и с трудом ее поднял, а там... На атласной подушке, с венчиком на бледном лбу, лежит умерший барин. Кинулся лавочник прочь, а вслед ему: — Не видать тебе клада. Не тебе, а дьякону завещал! 

Лавочник только через несколько дней кое-как вернулся в деревню — никто не знает, где он блуждал. Люди его сперва и не узнали. Из черноволосого статного мужика он превратился в седого старика в порванных и грязных одеждах. Ходил он тоже как-то странно, крадучись и с оглядкой, и шепотом рассказывал про то, как он выкопал клад, а вместо клада нашел гробину с барином. Кто-то верил ему, кто-то считал полоумным, один только дьякон принял за правду его рассказ. Да и как тут не поверить, когда он сам на исповеди узнал про клад.