Всякая всячина 1. 37

Письмо вдовца

Уважаемая Наталья Ивановна, здравствуйте! Пишет вам очень пожилой человек которого вы не знаете. Я никогда никого не лечил, не умею лечить людей и я ничего не понимаю в ведовских делах, но вот, совершенно случайно, в мои руки попала ваша драгоценная книга и от нечего делать я стал её листать. Дело кончилось тем, что я не отрывался от неё несколько часов к ряду, читал её и не мог начитаться, наслаждаясь написанным, как только может наслаждаться мучаемый жаждой путник в пустыне. Эта книга настолько тронула мою грешную душу, что я теперь ваш горячий поклонник, до конца своих дней. Благодаря всем вашим умным, талантливым и таким простым человеческим словам, я очень многое понял и как бы заново пережил всю свою жизнь. Прожил я долго и жил по всякому, а на склоне своих лет я остался совсем один. Мне некому открыть свою душу, мне некого попросить обо мне молиться и возможно хоронить меня, когда подойдёт моё время тоже будет некому, так как дети мои от меня очень далеко, они в Америке. Не знаю почему, но после прочтения вашей книги, мне очень захотелось именно вам рассказать о своей судьбе, которая полностью изменилась, благодаря магии, или проще говоря колдовству.

Много лет назад, когда я был ещё молод, красив и силён, судьба даровала мне крепкое здоровье и отличное образование. В 35 лет я уже был профессором словесности. Имел высокие связи, друзей и множество поклонниц не смотря на то что я был уже женат. На меня заглядывались самые красивые дамы, замужние и не замужние, а так же юные и прелестные студентки, которым я читал свои лекции. К тому времени это был уже мой не первый брак. Дело в том, что мой темперамент, горячая кровь, а так же яркая внешность, не давали покоя ни мне, не моим многочисленным любовницам. Я легко и часто влюблялся и так же быстро и с лёгкостью расставался со всеми кто меня любил. Моя очередная жена, с которой я жил в то время, всячески пыталась меня вразумить. Она то умоляла меня и заклинала детьми, оставить все мои похождения, то горько плакала и угрожала себя убить. Я слушал её и иногда обещал ей то, о чём она просила, лишь бы только прекратить поток её слов и слёз. Мне не было её жалко, как не было жалко и всех тех, кто унижаясь плакал предо мной, пытаясь доказать мне, что именно они больше всех меня любят и никто никогда не будет меня так сильно любить.

Однажды, в то время, когда я читал лекцию, меня вызвали из аудитории. В коридоре я увидел свою заплаканную мать. Она едва сдерживала себя от истерики. Когда мы вышли с ней во двор университета, она разрыдалась и сообщила мне, что моя жена пыталась совершить суицид. Её спасли, увезли в больницу, но состояние было очень плохим. Дома я застал испуганных и заплаканных детей, а мама отдала мне прощальное письмо моей жены. В письме, она просила у всех прощение, за то, что подвергла нас таким испытаниям. Она писала, что понимает и умом и сердцем, как будет нам тяжело её хоронить, но она не в силах больше терпеть все мои измены. Ей легче умереть, чем сходить с ума от ревности и тоски.

Просила она прощение и у наших детей, за то что оставляет их без матери, без своей заботы, любви и поддержки. Она благословляла их и умоляла не держать обиды и зла, на меня, их отца. Просила прощение и у меня, предавшего её, мужа за то, что она не смогла для меня быть настолько хорошей и желанной, чтобы я ради неё забыл о других. Всё чернило в её письме, было залито слезами и я с ужасом вдруг понял, что в эту минуту мог читать письмо мертвеца, ведь то, что она оказалась жива, была чистая случайность и я всё в этот момент осознал. Ко всему происходящему, к этому страшному письму, добавлялись заплаканные лица моих детей и слёзы моей мамы. Я готов был сотворить что угодно, лишь бы в дом мой возвратился покой. Я чувствовал свою вину и потому начал разговор со своей матерью. Выслушав меня, всё то, чем я оправдывал свои поступки, моя мать мне сказала: "Я допускаю, что ты слаб против природы. Что тебя постоянно тянет к другим женщинам и девушкам. И если ты действительно не рад этому и искренне просишь тебе помочь, я обращусь к колдунье, которая сделает так, чтобы ты никогда не гулял. - Я заверил свою мать, что большего желания у меня нет, что буду ей благодарен, если она поможет мне в моей беде. Через день моя мама объявила мне, что она была у колдуньи и та пообещала ей уладить нашу семейную жизнь. Я заметил что на руке моей мамы нет золотых часов и старинного перстня, который ей когда-то дарил мой отец.

Глядя на неё, я думал о том, что это совершенно невозможно, любить мою жену, её одну и всегда одну. Честно говоря, она к тому времени уже надоела мне как любовница и как женщина. После родов, фигура её пополнела и расплылась. Изменился цвет лица, а под глазами залегли тёмные круги. Меня раздражал её голос, манеры и вся она сама. И если мне так быстро надоедали молодые красавицы, то что тут говорить о той, с кем я прожил уже несколько лет. В общем мне было жаль украшений моей доброй мамы, но ради её покоя я промолчал.

Но позже, как оказалось моя досада была напрасной, я и сам не заметил, как стало меняться моё отношение к жене. Сперва я стал о ней часто думать и мне захотелось её повидать. Чтобы я не делал, все мои мысли возвращались к ней. Я покупал ей фрукты, конфеты и цветы. Мои визиты в больницу были столь часты, что вся её палата была в цветах. Одна сестрица увидев меня в очередной раз с букетом пошутила: - Не поставить ли в палату ещё одну кровать, так как всё равно вы почти не выходите из больницы! За собой я тоже чувствовал какое то странное изменение. При виде своей жены меня тут же бросало в дрожь. Состояние юношеской влюблённости не покидало меня ни на час. Я уже требовал у врача ускорить выписку моей супруги. И она, будто чувствуя моё состояние , буквально рдела как маковый цвет.

 С того времени утекло очень много воды и я ни разу не изменил своей супруге. Что говорить об измене, если я не мог смотреть ни на кого кроме неё. Я жутко ревновал её, следил за ней и подслушивал разговоры. Я был очарован ей и она была для меня красивее всех. Даже когда мы с ней состарились, я видел в ней только прелести, всё в ней казалось мне совершенным, всё было в ней, как ни в ком другом. Её седина отливалась тем серебром, которое притягивает и чарует глаз. Мне нравились её многочисленные морщинки, её воркующий голос и детский смех. Я горд был, что именно у меня есть такая шикарная женщина. И вы знаете, я жду и не дождусь уйти вслед за ней, в великой надежде её увидеть. Я верю в эту встречу благодаря вашей книге. Она мне дала надежду на эту радость. 

Всем, кто не верит в силу магии, хочу сказать, что сила магии, великая сила! Именно она дала мне познать что такое истинная любовь. Если бы не магия, я бы так бы и болтался от одной юбки к другой, разменивая своё сердце и душу, и разбивая чужие сердца. Мне 82 года, я был счастливейшим из мужчин. Я счастлив, что меня околдовали любовною силой. Я и теперь не чувствую себя без моей любимой, она всегда со мной рядом, а я всегда рядом с ней. Наши дети далеко, в Америке, и они возвращаться сюда не хотят. А я никуда не хочу ни ехать, не идти от её могилы. Я очень её люблю.