Особый случай 2. 38
Еще полгода спустя мы Лизой разговаривали как самые близкие под¬руги. Я уже успела узнать, что она старше меня всего на четыре года! Я поняла за это время, что она безумно любит своего му¬жа и ревнует его к бесчисленным друзьям и подругам. Как я уже ска¬зала, наши отношения с Лизой стали столь близкими, что она велела Розе взять еще одну помощницу по дому, чтобы немного освободить меня от дел.
Мы часто ездили по различным магазинам, где она покупала красивые обновки не только для себя, но и для меня.
За это время я многому научилась и легко могла нанести макияж, уложить прическу себе и Лизе.
Были моменты, которые отравляли мне настроение и о которых я, конечно же, не рассказывала Лизе. Ее муж, когда заявлялся домой, всегда улучал момент для того, чтобы зажать меня где-нибудь под лестницей и поцеловать. А однажды, когда Лиза плавала в бассейне, он зашел ко мне в комнату и принудил меня к тому, чтобы я переспала с ним.
Потом это повторилось. Я научилась скрывать свои чувства, чтобы не потерять образ жизни, который обрела, живя в этом доме.
Однажды я без стука вошла к хозяйке и мельком увидела, как она под¬несла к губам и поцеловала какую-то маленькую куклу, которую тут же спрятала за иконкой, стоявшей на ее туалетном столике. Я сделала вид, что ничего не видела.
В этот вечер мы с ней никуда не поехали, хотя обычно по средам Лиза ездила со мной во французскую кондитерскую, где всегда были малюсенькие пирожные и очень вкусный ароматный кофе.
Видя, что Лиза грустит, я ее спросила:
— Что-то случилось?
Помолчав, Лиза сказала:
— Ничего, если не считать новой любовницы. Конечно, их у него было много, но все равно всякий раз мне очень больно. Он говорит, что это чисто спортивный мужской интерес и я не должна брать лишнего в го¬лову. Но не всегда это получается.
Я слушала ее и молчала, да и что я могла ей сказать? Мой отец тоже без конца путался то с одной, то с другой дояркой. Мамка дралась с ними и с ним, а он говорил: “Что ему в моих штанах зря бол¬таться без дела, когда кругом столько обделенных баб”.
— Лиза,— спросила я ее,— а что будет, если он тебя бросит?
Этот вопрос меня очень мучил, потому что я боялась потерять этот дом и мне было страшно возвращаться к прежней нищете. Но Лиза, видимо, поняла мой вопрос иначе, ее тронуло то, что я за нее пере¬живаю.
Мы часто ездили по различным магазинам, где она покупала красивые обновки не только для себя, но и для меня.
За это время я многому научилась и легко могла нанести макияж, уложить прическу себе и Лизе.
Были моменты, которые отравляли мне настроение и о которых я, конечно же, не рассказывала Лизе. Ее муж, когда заявлялся домой, всегда улучал момент для того, чтобы зажать меня где-нибудь под лестницей и поцеловать. А однажды, когда Лиза плавала в бассейне, он зашел ко мне в комнату и принудил меня к тому, чтобы я переспала с ним.
Потом это повторилось. Я научилась скрывать свои чувства, чтобы не потерять образ жизни, который обрела, живя в этом доме.
Однажды я без стука вошла к хозяйке и мельком увидела, как она под¬несла к губам и поцеловала какую-то маленькую куклу, которую тут же спрятала за иконкой, стоявшей на ее туалетном столике. Я сделала вид, что ничего не видела.
В этот вечер мы с ней никуда не поехали, хотя обычно по средам Лиза ездила со мной во французскую кондитерскую, где всегда были малюсенькие пирожные и очень вкусный ароматный кофе.
Видя, что Лиза грустит, я ее спросила:
— Что-то случилось?
Помолчав, Лиза сказала:
— Ничего, если не считать новой любовницы. Конечно, их у него было много, но все равно всякий раз мне очень больно. Он говорит, что это чисто спортивный мужской интерес и я не должна брать лишнего в го¬лову. Но не всегда это получается.
Я слушала ее и молчала, да и что я могла ей сказать? Мой отец тоже без конца путался то с одной, то с другой дояркой. Мамка дралась с ними и с ним, а он говорил: “Что ему в моих штанах зря бол¬таться без дела, когда кругом столько обделенных баб”.
— Лиза,— спросила я ее,— а что будет, если он тебя бросит?
Этот вопрос меня очень мучил, потому что я боялась потерять этот дом и мне было страшно возвращаться к прежней нищете. Но Лиза, видимо, поняла мой вопрос иначе, ее тронуло то, что я за нее пере¬живаю.
