Всякая всячина 1. 8
Невеста
По рассказам стариков, было это в 1871 году, в Смоленской Губернии. В ту пору, все солдаты служили подолгу. И вот один такой рекрут, - по кресту Иван, отслужив 12 лет, возвращался в родные места. Добирался он долго, где подводой, а где пешком. Шёл и не знал, живы ли его родители, или нет. А когда до родимого гнезда осталось несколько вёрст, решил этот парень свернуть с дороги, чтобы сократить себе путь. Идти нужно было лесом, через старое, брошенное кладбище, где давно уже ни кого не хоронили. Пойти то он пошёл, да только идёт он, а мест своих, ни как не узнаёт.
Лес за 12 лет так разросся, что всё кругом изменилось, всё будто бы чужое. Не дойдя до того места, где по его разумению, должно находиться кладбище, Иван увидел молодую девку, а как увидел, так оторопел. Никогда ещё он не видел такой бабьей – красоты, просто неземной! К тому же, и одета она была по тем местам больно странно, и не в повседневное платье, а в такой дорогой наряд, какой обычно одевают очень зажиточные, богатые люди и то верно не в будние дни, а на большие праздники и на Пасху. Сарафан на ней был алого шёлка, и по шёлку расшиты золотые узоры.
Рукава и шея её кофты были оторочены соболями. Подол сарафана, расшит каменьями и жемчугами, а по краю подола – парчовая оборка. У девушки в ушах были дорогие серьги. А на белых, холёных руках, сверкали перстни. На лебединой шее её и груди , переливались бусы- красные рубины и синие сапфиры. Стоит солдат против неё, слова не промолвит, будто её косы длинные его заворожили. И тогда эта девушка заговорила, и голос у неё был нежный и приятный. Предложила она ему повечереть, т.е. по нашему, по современному, поужинать. Постелила она на траву шёлковое покрывало, из корзины, из под рушника достала кушанья и наливку.
Ели они и вино пили, и солдат не мог оторвать от её лица своих глаз. Не прошло ещё даже часа , как Иван стал звать её замуж, а та ему на радость согласилась, только попросила его, сперва заехать к отцу, к матери за благословением и за приданным. С этими словами, взяла она его за руку и подвела к стоящей в стороне, богатой подводе. Повозка была устлана дорогими шубами, а шубы были подбиты чёрным бархатом. Кони тоже были чёрно – вороными, и у Ивана, на тот момент, даже мысль не мелькнула, откуда же среди густого леса, появилась такая княгиня и такая повозка? Ни о чём он в ту пору не мог думать, только на невесту свою любовался.
Подъехали они к богатой, каменной усадьбе и тут же из неё выбежали слуги. Стали они таскать на повозку сундуки и дорогую одежду, и натаскали всего очень много. Невеста Ивану сказала: « Подожди меня здесь, я скоро» - и отправилась к высокому крылечку, а он смотрел ей в след и любовался. Шло время и уже стало смеркаться. И вдруг, у Ивана заныло сердце, да так, будто он с любимой навек расстался. Иван в волнение, стал ёрзать на своём месте, а в душе его росло беспокойство. Поднял он у сундука крышку, а в нём полно всяких золотых украшений. Опустив крышку сундука, Иван спрыгнул с повозки и стал беспокойно кругом ходить.
Тем временем, уже совсем стемнело и не выдержав, он стал кричать, звать её: « Ганна!» И тут, словно эхом на его крики, ухнул несколько раз невидимый филин. От этого зловещего звука, парень вздрогнул, будто проснулся. Огляделся и увидел, что ходит он во круг могилы, возле каменного, старинного склепа. И ни где ни кого нет рядом, только старые деревья машут ветвями, осыпая его листвой. Утром, в родную деревню вернулся солдат, но ни мать его, ни отец, его не узнали. Перед ними стоял седой как лунь старик, и в глазах его плескалось безумие...
Старики тогда , много всякого говорили: Одни считали, что девка та была ведьма, что душа её была не отпета, вот и гуляет она по белу свету находя себя забаву. Другие старики говорили, что эту душу кто то так проклял, что даже земля её не берёт. А ещё говорили, что наоборот, будто душа её отмечена Богом и Он её, иногда отпускает на волю. Догадок разных было много, но ни кто не знает истинной правды – правда та, видно в могиле сокрыта...
